У Леа в жизни всё под контролем, кроме мужчин и аренды за квартиру, которую надо платить. После очередного неудачного свидания бабушка предлагает ей сделку: найти достойного парня за 40 свиданий, и та покроет аренду ее квартиры на целый год.

Спортивная драма о взрослении, рассказывающая о крепкой дружбе и становлении старшеклассникапитчера, который борется с травлей, и загадочного ученика перебежчика, который становится его преданным мене джером.

Группа учёных, разрабатывающих двигатель для космических путешествий, теряет финансирование после очередного неудачного эксперимента. Опальная команда уходит в подполье и связывается с криминалом, чтобы завершить работу над изобретением и спасти мир.

Опера по правилам кино. Дебют Йонаса Кауфмана в главных теноровых партиях знаменитого веристского диптиха Событие Зальцбургского Пасхального фестиваля, которое стало сенсацией: двойной дебют Йонаса Кауфмана в двух шедеврах веризма – «Сельская честь» (Туридду) и Канио («Паяцы») – в один вечер, под управлением Кристиана Тилеманна. Режиссёр Филипп Штёльцль, известный по клипам Rammstein и «Вольному стрелку» в Брегенце, превратил огромную сцену Большого фестивального зала в кинематографический павильон, разделив её на шесть сегментов, похожих на окна или фреймы комикса. Летняя сицилийская деревня стала индустриальным городом, решённым в чёрно-белых тонах, с отсылкой к эстетике немых фильмов. В противовес мрачной «Сельской чести» сценография «Паяцев» буквально сочится яркими красками. Получилось, по определению Штёльцля, «кино в кино», где яркие декорации бродячего цирка соседствуют с закулисной механикой, а сцена путается с реальностью. Единовластным героем вечера стал Йонас Кауфман, совершивший двойной дебют в веристском репертуаре: он впервые в карьере исполнил обе главные теноровые партии – роль сицилийского крестьянина Туридду в «Сельской чести» и ревнивого клоуна Канио в «Паяцах». За пультом Саксонской государственной капеллы Дрездена – Кристиан Тилеманн, для которого работа с итальянским репертуаром стала важным шагом за пределы привычного вагнеровского и штраусовского репертуара. Режиссёр и сценограф Филипп Штёльцль, мастер зрелищных форм, сотворил настоящий синтез театра и кино, превратив оперу в захватывающий триллер, а финал «Сельской чести» – в сцену из гангстерского фильма. Совместная работа Тилеманна и Штёльцля с его радикальной визуальной стратегией противопоставила обе части диптиха музыкально и стилистически. «Сельская честь» – чёрно-белый нуар о ревности. Вместо деревенской площади – бетонные стены, подъезды и мансарды. Центральным конфликтом здесь становится не столько ревность, сколько серость и клаустрофобия этого мира, где за каждым жителем неотступно наблюдают. Ещё один пронзительный слой трагедии добавляет введённая режиссёром в спектакль линия маленького сына Туридду и Сантуццы (Людмила Монастырская), недоумённо наблюдающего за взрослыми. После антракта чёрно-белая гамма взрывается яркими красками «Паяцев», напоминающих эстетику цветных кинолент середины XX века и дешёвый цирк, где за улыбкой прячется нож. Сценография становится нарочито театральной: зритель видит и сцену, и закулисную механику, и подмостки бродячих артистов. Свой знаменитый приём «кино в кино» Штёльцль реализует напрямую: он снимает игру актёров установленными на сцене камерами, транслируя крупные планы на экраны, вписанные в декорации. Канио в трактовке Кауфмана – не обычный взбешённый ревнивец, а ледяной абьюзер, действующий с холодной пугающей решимостью. Уникальное сочетание мастеров (Кауфман, Тилеманн, Штёльцль) и великолепного ансамбля (Людмила Монастырская, Мария Агреста, Амброджо Маэстри, Димитри Платаниас), сделало оперную постановку не просто исполненной музыкой, запечатлённой на плёнку, но полноценным кино о страсти, чести, предательстве и расплате.

Завораживающе прекрасные Рудольф Нуреев и Марго Фонтейн – в роскошной костюмной классической постановке «Лебединого озера» для Венской оперы. Страстный Нуреев, стремительный как ветер и легкий как мотылек, и Фонтейн, демонстрирующая идеальную чистоту танца в сочетании с деликатностью и нежностью – настоящие «лед и пламень», противоположности, что притянулись так сильно, что создали один из лучших дуэтов в истории мирового балета. «Лебединое озеро», великая балетная история о любви, с каким бы совершенством она ни была написана и поставлена, все равно зависима от исполнителей двух главных партий, от «химии», которая существует между ними, от их харизмы. Так что нет ничего удивительного в том, что спектакль в редакции Рудольфа Нуреева, поставленный им в Венской опере на себя и Марго Фонтейн, произвел фурор. Один из самых знаменитых дуэтов XX столетия, на пике карьеры и формы – это незабываемо! Количество поклонов после этого спектакля даже попало в Книгу рекордов Гиннеса. Столько – 89 раз! – ни до, ни после никого на поклоны не вызывали. Через пару лет после премьеры, в 1966 году «Лебединое озеро» было снято на видео, благодаря чему мы имеем возможность увидеть этот легендарный спектакль на большом экране - в отличном качестве, с легким налетом очаровательного пленочного ретро.